Роднина о желающих уехать из России: «Я не обязана их понимать. Важно, чтобы они понимали сами себя»
Трехкратная олимпийская чемпионка в парном фигурном катании (1972, 1976, 1980), легенда советского спорта и ныне депутат Госдумы от партии «Единая Россия» Ирина Роднина высказалась о россиянах, которые задумываются об отъезде из страны или уже планируют эмиграцию. В разговоре с журналистом Борисом Королевым она затронула тему личного выбора, критики уехавших и отношения к спортсменам, меняющим гражданство.
Отвечая на вопрос о своем отношении к тем, кто хочет покинуть Россию, Роднина подчеркнула, что ключевое отличие нынешнего времени от советского периода — наличие у людей права выбора:
По словам Родниной, в СССР подобная свобода была фактически недоступна подавляющему большинству граждан. Возможность легально уехать за границу носила исключительный характер, была связана со сложнейшими процедурами и зачастую вообще отсутствовала. Сейчас, подчеркивает она, у людей есть и техническая возможность, и юридическое право решать, где жить и работать.
«По крайней мере, сегодня у людей такое право есть. В советское время у большинства не было даже шанса задуматься об этом всерьез. Сейчас — можно, и это уже другое измерение», — отмечает она по сути.
При этом Роднина признает, что вокруг темы отъезда всегда возникает волна осуждения. На реплику корреспондента о том, что некоторых, решивших уехать, сильно критикуют, она отвечает коротко: люди, которые будут осуждать, найдутся при любых обстоятельствах и в любой эпохе. Общественное давление, по ее мнению, сопровождает практически любой нестандартный или непопулярный шаг.
На вопрос, понимает ли она лично мотивы тех, кто решается на переезд в другую страну, Роднина отвечает прямо и довольно жестко: у каждого человека есть свои причины, и она не считает, что обязана с ними внутренне соглашаться или разделять их выбор.
«У каждого свои мотивы. Почему я должна их понимать? Главное — чтобы они сами понимали, что делают, к чему идут и чего добиваются», — подчеркивает она.
По словам Родниной, ответственность за решение уехать всегда лежит на самом человеке. Неважно, связан ли его выбор с карьерой, политическими взглядами, семьей, финансовыми причинами или ощущением личного комфорта. Важно, чтобы этот шаг был осознанным, а не сделанным под влиянием моды, эмоций или чужих ожиданий.
Журналист напоминает, что сегодня в публичной среде нередко высмеивают или резко критикуют тех, кто принимает решение сменить страну. Роднина в ответ иронизирует и дает понять, что не разделяет представление о том, что «в обществе принято» только осуждать уезжающих:
«Наверное, мы с вами из разного общества», — смеется она, тем самым показывая, что не считает подобную точку зрения единственно возможной.
Отдельная часть разговора коснулась спортсменов, которые меняют спортивное гражданство и начинают выступать за другие страны. В публичном пространстве к таким решениям нередко относятся особенно жестко. Корреспондент отмечает, что именно к уехавшим спортсменам чаще всего проявляют негатив и гораздо реже — понимание.
Роднина, в свою очередь, подчеркивает, что принципиально не воспринимает людей как «привязанных» к месту или системе навсегда:
«Мы же не крепостные. Кто-то использует свое право выбора, кто-то нет. У каждого история своя, индивидуальная», — говорит она.
Таким образом, ключевая мысль Родниной — признание за каждым человеком свободы решать, где ему жить и работать, при этом без обязательства, чтобы окружающие его одобряли или понимали. Ее подход можно охарактеризовать как сочетание личной строгости (акцент на ответственности за собственные решения) и признание базового права на свободное перемещение.
При этом Роднина фактически разделяет две плоскости: личное отношение и общественную оценку. Она не стремится оправдывать или осуждать тех, кто уезжает, а скорее отстраняется: выбор — их, ответственность — тоже их. Важно, чтобы сам человек мог честно ответить себе, зачем он уезжает, готов ли к последствиям и понимает ли, что теряет и что приобретает.
Если рассматривать высказывания Родниной шире, это отражение типичной для спортивной среды системы ценностей: прежде всего важны дисциплина, способность принимать решения и нести за них последствия. В профессиональном спорте спортсмен постоянно оказывается перед выбором — менять тренера, страну, спортивную школу, продолжать карьеру или заканчивать ее. И там не столь важно, кто «понимает» этот выбор, — важно, насколько он продуман самим спортсменом.
Вопрос отъезда из страны для спортсменов часто связан не только с политикой или личными взглядами, но и с чисто профессиональными обстоятельствами: условия тренировок, доступ к соревнованиям, финансовая поддержка, медицинская инфраструктура, тренерский штаб. Некоторые едут туда, где выше конкуренция и сильнее школа, кто-то — туда, где проще реализовать себя после завершения карьеры. Роднина этого напрямую не расшифровывает, но ее фраза о «праве, которым кто-то воспользуется, а кто-то нет» вполне ложится и на такую трактовку.
Нельзя забывать и о том, что для многих людей, далеких от спорта, мотивация уехать из страны тоже многослойна. Это может быть желание обеспечить детям иное образование, стремление построить карьеру в международной компании, попытка сменить культурную среду или просто поиск безопасности и стабильности. Роднина подчеркивает: внешние причины могут быть разными, но главное — внутреннее понимание человеком своих целей.
Отношение общества к тем, кто уезжает, традиционно колеблется от полного осуждения до спокойного принятия. В одних кругах переезд за границу воспринимается как «предательство» или отказ от своих корней, в других — как нормальная личная траектория. Высказывание Родниной о «разном обществе» как раз фиксирует этот разрыв: нет единого общественного мнения, есть разные среды, в каждой из которых свои нормы и ожидания.
Важно и другое: тезис о том, что «мы не крепостные», задает принципиальную рамку. Люди не принадлежат государству или какой-либо системе как собственности. Они могут оставаться, могут уезжать, могут возвращаться. Для спортсменов это особенно чувствительная тема, так как нередко именно государство вкладывается в их подготовку, и переход к другой сборной воспринимается болезненно. Но Роднина напоминает: даже в этой сфере человек не перестает быть субъектом, а не объектом.
В итоге позицию Ирины Родниной можно сформулировать так:
— право уехать есть, и это важное отличие от советского прошлого;
— критика была и будет, но это не повод запрещать людям делать свой выбор;
— никто не обязан понимать мотивацию другого, главное — чтобы сам человек ясно видел свои цели;
— спортсмены и обычные граждане в этом смысле равны: каждый решает за себя, а история каждого — индивидуальна;
— идея «мы не крепостные» для нее принципиальна: принадлежность к стране не отменяет базовых свобод.
Такая позиция не предлагает готовых рецептов — оставаться или уезжать. Скорее, она подталкивает к тому, чтобы любой серьезный шаг, особенно связанный с переездом в другую страну, был глубоко обдуман. Не ради моды, не из сиюминутного раздражения, а из понимания, кем человек хочет быть и где он реально может реализовать свои способности и ценности.